ПРОСТАЯ ИСТОРИЯ

661 подписчик

Свежие комментарии

  • Сергей Федосеев
    ...главый просчёт этого деятеля, что он стал каятся за французскую колониальную политику и широко распахнул двери евр...Главная победа де...
  • Кусаин Альменов
    Любовь на стороне, т.е. любовь на два фронта - это предательство семьи. А если человек семью предаёт, то и Родину про...Что сказал И.В. С...
  • Сергей Нововожилов
    Моё детство, молодость, учёба и работа пришлись на эти годы "застоя".Что сказал И.В. С...

География русских былин Киевского цикла

География русских былин Киевского цикла
Иллюстрация И. Мошкина

Давно замечен парадокс: русские богатырские былины (старины), часто рассказывая о событиях в южных и западных русских княжествах, начисто забыты именно в этих областях, попавших в сферу польско-литовского влияния. Белоруссия и Малороссия не помнили Древнюю Русь. Забыты богатырские «старины» были и в западническом правящем классе России. Его представители с презрением относились к «простонародью» и его творчеству.

Напомним, что и А. С. Пушкин свои первые стихи написал на французском языке. Для него стали откровением сказки, рассказанные ему во время ссылки крестьянкой Ариной Родионовной – няней его матери и старшей сестры Ольги (кормилицей и няней поэта была другая женщина). Заново открыты былины русским дворянством и образованной публикой были лишь в середине XIX столетия. Оказалось, что их ещё помнят в великорусских губерниях, особенно на Русском Севере, который специалисты порой называют «Исландией русского эпоса». Больше всего «старин» было записано в Олонецкой губернии – 300.

Но былины «Киевского цикла» записывались также в Архангельской губернии (34), Сибири (29), Симбирской губернии (22), Саратовской (10), Нижегородской (6) и Московской (3). Однако следует помнить, что на протяжении ряда столетий былины существовали лишь в устной форме. Этим они отличаются от скандинавских саг, которые были записаны уже в XIII веке. И потому былины, услышанные в середине XIX столетия, разумеется, существенно отличаются от былин века XI или XII.

Какие-то сведения и сюжеты, вероятно, были утрачены с течением лет, а какие-то наоборот, привнесены поздними сказителями, которые старались сделать свои рассказы более актуальными, злободневными и, следовательно, более интересными для слушателей. Олонецкие, архангельские и другие русские сказители имели весьма отдаленное представление о географии южнорусских княжеств. Их слушателей также не удивляли рассказы о том, как некоторые герои из Киева по Волге вдруг попадают в Царьград.

Тем не менее со времени появления «Сборника Кирши Данилова» (первые записи русских былин) исследователями предпринимаются попытки отождествить объекты былинной географии с вполне реальными.

География русских былин Киевского цикла
Русские народные былины, издание товарищества Сытина

О некоторых из таких объектов и пойдёт речь в данной статье.

Варианты карт былинного мира:

География русских былин Киевского цикла
География русских былин Киевского цикла

Былины Киевского цикла


Действие этой группы былин всегда как-то привязано к Киеву, хотя основное действие может происходить далеко от него. Но богатырь либо выезжает из Киева, либо направляется в него, либо выполняет приказ киевского князя Владимира.

И эти былины наиболее фантастичны, многие из них больше похожи на сказки.

Сам былинный Киев и его местоположение порой не имеют ничего общего с реальностью. Из Киева в Чернигов некоторые герои плывут по морю, а из Киева в Царьград – по Волге.

Пучай-река


Пучай-река в былинах описывается, как очень далекая, опасная и «огненная». Между тем многие исследователи полагают, что прототипом этой реки была ныне не существующая Почайна (правый приток Днепра), протекавшая на территории современного Киева. Киевский краевед А. Морина в 2015 году выдвинула предположение, что бывшим руслом Почайны является оболонская система озер Опечень.

География русских былин Киевского цикла
Предполагаемая река Почайна, Киев

Именно в этой реке, вопреки запрету матери, купался Добрыня Никитич – и здесь его застал врасплох Змей Горыныч. И на берегу этой же пограничной реки Добрыня встретился со своей будущей женой – Настасьей Микуличной, которая «сдёрнула его с седла» – так говорят о пленении с помощью аркана.

География русских былин Киевского цикла
Настасья Микулична и Добрыня Никитич на иллюстрации С. Воронова

То есть Настасья была девушкой из какого-то кочевого племени, да ещё и язычницей: крестилась она уже на Руси – перед свадьбой.

Представления о Почайне как об очень далёкой и опасной реке свидетельствуют о раннем времени возникновении данной былины.

Надо сказать, что реки в былинах часто служат границей не только между разными народами, но и между мирами. Вот и Михаил Потык (новгородский богатырь, ставший героем былин Киевского цикла) на берегах Пучай-реки (Почайны) встретил девушку из другого мира – чародейку Авдотью-Лебедь Белую, дочь подольского царя Вахрамея.

Это царство было не самым дальним – граничило с Чистым полем и было отделено от Заморского царства Сорочинскими горами. Дочь подольского царя стала женой богатыря, однако Потыку повезло гораздо меньше, чем Добрыне. Авдотья скоро умерла, чтобы оживить супругу, Потык пошел за ней в могилу и убил стерегущего ее Змея.

География русских былин Киевского цикла
Михаил Потык сражается со Змеем в могиле своей жены, иллюстрация к былине

Благодарности от Авдотьи он не дождался: вернувшаяся к жизни супруга сбежала к Кощею Бессмертному и вместе с ним едва не погубила богатыря.

Река Смородина


Но гораздо более известна в качестве границы между мирами знаменитая река Смородина. Поскольку в былине об Илье Муроме говорится, что именно на ее берегу возле Чёрной Грязи поселился Соловей Разбойник, некоторые исследователи полагают, что речь может идти о левом притоком Днепра Самаре (Снепороде). Но она лежит значительно южнее пути из Чернигова в Киев и, таким образом, дорога, выбранная Ильёй Муромцем, никак не может быть «прямоезжей».

Возможно, поздние сказители подкорректировали сюжет, и на самом деле Илья целенаправленно завернул на юг, чтобы пленить Соловья и предъявить его князю Владимиру – мол, не с простым деревенским мужиком дело имеешь, а с настоящим богатырём. Но, возможно, причина в элементарном незнании северными рассказчиками географии южных княжеств, что совсем неудивительно.

Чернигов, если верить былинам, располагался очень близко от Мурома. Вероятно, это связано с памятью о том, что Рязанско-Муромская земля поначалу принадлежала черниговским князьям и лишь позже была выделена в отдельное княжество.

Но гораздо чаще и в былинах, и в сказках Смородина предстает рекой, отделяющей мир живых от царства мертвых, и название ее происходит не от ягодного кустарника, а от слова «смрад». А Соловей, видимо, был не заурядным разбойником (да и кого ему было грабить, если дорога к Смородине давно бурьяном заросла?), а стражем, охраняющим проход между мирами.

В русских сказках говорится ещё и о Калиновом мосте, который перекинут через эту реку. На самом деле этот мост сделан не из тонких ветвей калины – он «калинный», то есть «раскалённый».

География русских былин Киевского цикла
И. Ожиганов. Калинов мост

Это уже влияние христианских представлений об адском пекле, через которое, видимо, и перекинут мост. Но авторы сказок помнят и Змеев русских былин, с которыми сражается уже другой главный герой: Иван – крестьянский сын. А Змеи эти, вероятно, половцы, и число их голов соответствуют количеству племен, принимавших участие в набеге. С. Плетнева, например, указывала, что название племени «Каи», которое стояло во главе союза половцев, означает «змея».

Арабским и китайским авторам была известна поговорка «у змеи семь голов» (по числу основных половецких племен) – она неоднократно встречается в их трудах. Русские летописцы, похоже, тоже ее слышали, о победе Владимира Мономаха над половцами в 1103 году говорится:

«Скруши главы змеевыя».

А Тугарин Змеевич даже в былинах описывается именно как чужеземный богатырь.

География русских былин Киевского цикла
Тугарин Змеевич на иллюстрации В. Служаева

Непра


Ещё одна пограничная река русских былин Киевского цикла – Непра, которая «во глубину двадцати сажень, в ширину сорока сажень», но служит непреодолимым препятствием для татар, смывая построенные ими мосты. Некоторые считают, что Непра – это Днепр. Конечно, смущают малые размеры реки, но и Днепр в том же Смоленске может сильно разочаровать.

География русских былин Киевского цикла
Днепр в Смоленске

Былина связывает эту реку с женой богатыря Дуная Ивановича – Настасьей. Согласно одному из вариантов этой былины, она была литовской королевичной и старшей сестрой Евпраксы – жены князя Владимира. Будучи беременной, Настасья погибла от стрелы пьяного мужа, вздумавшего продемонстрировать всем свою меткость. Из ее крови и образовалась река Непра.

География русских былин Киевского цикла
Дунай Иванович убивает жену во время состязания на меткость

Дунай потом бросился на меч, с его кровью былины связывают появление реки Дунай, которая находится очень далеко от Киева.

Литва русских былин


Литва в былинах предстает Ляховинским царством, может характеризоваться как «хоробрая», «проклятая» и «поганая». В последнем случае, видимо, имеется в виду различие в вере. Литва долго оставалась языческой, а потом господствующей религией там был католицизм, а не православие.

А латинская земля в былинах предстает абсолютно чуждой территорией, где выращивают хороших жеребцов. Именно из Литвы Добрыня Никитич и Дунай Иванович привезли Евпраксу – жену князя Владимира.

Недалеко от Киева находилось и былинное бухарское царство, которое уже знакомый нам Михаил Потык однажды выиграл у «заморского царя» в шашки.

Воспоминания о Тмутаракани?


Очень интересным представляется плавание по Чёрному морю богатыря Ивана Годиновича (былина «Иван Годинович и Кощей Бессмертный»), который таким путём попал из Киева в Чернигов. Если предположить, что сказитель в данном случае ничего не напутал, понять данную ситуацию можно, только предположив, что герой, после похода на печенегов или половцев возвращается на Русь кружным путём – через Тмутаракань, которая некоторое находилась под властью черниговских князей. Тогда, возможно, спустившись по Днепру к Чёрному морю, киевская дружина прошла вдоль его побережья и попала в Тмутараканские владения Чернигова. Здесь герой женился на девушке, обручённой с Кощеем Бессмертным. По одной из версий, Кощеями на Руси в то время называли половецких ханов.

В качестве подтверждения сторонники этой версии приводят строки «Слова о полку Игореве» о том, что после пленения Игорю пришлось сесть «в съдло кощиево», то есть ханское – сел на коня, предоставленного ему Кончаком. Версия о том, что «кощиево седло» – рабское, не находит подтверждения в дальнейшем рассказе, где Игорь и его сын Владимир являются фактически гостями Кончака и даже свободно выезжают на охоту (в сопровождении почетной свиты). Да и много ли вы слышали о рабах, которых сажают на коней?

Полагают, что и странное «бегство» Игоря было инсценировкой. Его сын Владимир не только не подвергся каким-то репрессиям, но получил в жены дочь Кончака, с которой после рождения ребенка был без всякого выкупа с почетом отправлен на Русь.

Вернёмся к былине об Иване Годиновиче. Путь домой из окружённой кочевниками Тмутаракани лежал через земли восточных половцев (предков Шарукана и его внука –Кончака). И молодая пара не смогла избежать встречи с прежним женихом, который стал предъявлять претензии, а потом, будучи побежден, обратился к бывшей невесте со словами, что она сильно прогадала, променяв его – полновластного царя (хана?) на слугу киевского князя. В результате Иван Годинович был предан женой.

География русских былин Киевского цикла
Преданный женой Иван Годинович, иллюстрация к былине

Спастись он смог лишь благодаря вмешательству сверхъестественных сил.

Косвенным свидетельством в пользу этой версии могут служить традиционно тесные связи Черниговских и Тмутараканских князей с половцами.

Святые горы, Святогор и Илья Муромец


Нельзя не заметить, что в образе Ильи Муромца слились черты двух разных богатырей.

Первый из них, видимо, был не Муромцем, а Муравлянином или Моравянином. Это явно профессиональный воин, который пришел на Русь с запада, возможно, из той же Моравии. До тех пор он путешествовал по Святым горам, которые располагались достаточно далеко от Руси.

Святыми горами могут быть Карпаты, но предпринимались попытки отождествить их с Араратским нагорьем, а богатыря Святогора, с которым встретился Илья – с Санасаром, одним из героев эпоса «Сасна Црер». Однако на русский язык этот эпос начали переводить лишь во второй половине XIX века, и вряд ли с этими переводами были знакомы неграмотные сказители Олонецкой или Архангельской губерний. Что касается происхождения Святогора, в одной-единственной былине он назван богатырём черниговского князя.

А жена Святогора родом из какого-то связанного с морем торгового города – возможно, это Новгород, но, может быть, и вендский Волин, о котором мы ещё поговорим. Именно от умирающего Святогора этот Илья (Муравлянин) получил меч-кладенец и силу: Святогор дважды «дохнул него богатырским духом».

География русских былин Киевского цикла
К. Васильев. Дар Святогора

В Киеве данный Илья стал общепризнанным лидером и командиром богатырской дружины. Именно его изобразил В. Фокеев (художник Палеха), иллюстрируя былину «Наезд на богатырскую заставу и бой Подсокольника с Ильей Муромцем».

География русских былин Киевского цикла

У этого Ильи гордая командирская осанка, богатые доспехи и алый плащ. Мы видим гонца, прибывшего к нему с докладом о положении на передовой, и заместителя либо ординарца.

В общем, перед нами уверенный в себе полководец, принимающий важное решение. В былинах на пирах у князя Владимира он сидит на почетном месте.

Снова Тмутаракань?


По мнению Б. А. Рыбакова, с Тмутарканью связана и былина о гибели Святогора. Хотя, как мы помним, Святогора не могла носить земля, и потому он вынужден был жить в горах. Таманский полуостров вряд ли подходит под описание «Святых гор». Однако Рыбаков считал, что Илья и Святогор нашли на Тамани античный некрополь, а гроб, в который ради шутки лёг Святогор, был мраморным саркофагом, подобным тому, что находится в Московском историческом музее.

География русских былин Киевского цикла

Очень похожий саркофаг мы видим на этой иллюстрации, где Илья тщетно пытается разрубить мечом его крышку:

География русских былин Киевского цикла

Кстати, крышка того же Таманского саркофага весит полтонны. Неудивительно, что Илье не сразу удалось сбросить ее. За это время Святогор мог умереть от недостатка воздуха.

Илья Муромец: вторая ипостась самого любимого народом богатыря


Второй Илья – именно Муромец. Это крестьянин, который лежал больным на печи 33 года. Он был исцелен каликами перехожими и свой меч нашел под указанным ему камнем, после чего отправился в Киев, где чувствовал себя чужим при дворе князя Владимира. Этот Илья часто именуется «старым казаком» и подвиги совершает, как странствующий рыцарь – в одиночестве.

География русских былин Киевского цикла
Одинокий «старый казак» Илья Муромец на иллюстрации С. Гилева

В некоторых былинах рассказывается о том, как ушедшего в поход Илью забыли при киевском дворе и не узнали при возвращении. Обидившийся Илья тогда даже возглавил народное восстание против князя Владимира.

География русских былин Киевского цикла
Гнев Ильи Муромца на рисунке К. Васильева (иллюстрирует былину «Илья Муромец в ссоре с князем Владимиром»)

Именно о втором, «крестьянском» Илье Муромце идёт речь в стихотворении А. К. Толстого:

«Двор мне, княже, твой не диво,
Не пиров держусь,
Я мужик неприхотливый,
Был бы хлеба кус!
Но обнес меня ты чарой
В очередь мою –
Так шагай же, мой чубарый,
Уноси Илью!

Правду молвить, для княжого
Не гожусь двора,
Погулять по свету снова
Без того пора».

И это наиболее любимый в народе образ данного богатыря.

Сказания об этом, втором, Илье Муромце, вероятно, появились позже других русских былин. Можно даже предположить время их возникновения. Натиск половцев на южные земли Киевской Руси привёл к оттоку населения этих мест на северо-восток, который первоначально заселялся выходцами из Новгорода.

Былины о «втором Муромце» помнят о периоде, когда не было прямоезжей дороги от Мурома к Чернигову, и именно Илья якобы проложил этот путь. А прочищаться дороги к Киеву и Чернигову в непроходимых брынских лесах стали примерно в середине XII века. Значение и влияние северо-восточных русских княжеств непрерывно росло. Именно на Владимирского князя Всеволода возлагает особые надежды в защите Киевской Руси от половцев автор «Слова о полку Игореве», и именно отсюда, из Залесской Руси, теперь приходит в былинах в Киев главный его защитник.

В следующей статье мы поговорим о географии в двух, стоящих особняком былинах Киевского цикла (о Соловье Будимировиче и Дюке Степановиче) и о географии новгородских былин.
Автор:
Рыжов В. А.
Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх